0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Страх, направленный внутрь организма: чем опасна паническая атака

Некоторые даже при несущественном стрессе любят говорить: у меня паническая атака, отстаньте от меня. Этот диагноз стал очень модным: о своих приступах рассказывают звезды в Instagram, жалуясь на них врачам и психологам. На самом деле паническая атака — это серьезная проблема, которая часто требует медицинской помощи, говорит психотерапевт Александра Гуноева. Особенно, если она повторяется снова и снова.

Александра Гуноева

Медицина

«Паническая атака — это очень яркий и острый приступ всепоглощающего страха, в этот момент человеку кажется, что он сейчас умрет, сойдет с ума или совершит какое-то неправильное действие, утратив над собой контроль, — поясняет эксперт. — Чем же паническая атака отличается от обычного страха? Дело в том, что чувство страха всегда обусловлено наличием внешней угрозы. В момент панической атаки место несуществующей внешней угрозы занимает внутренняя опасность, которую создает мозг, неправильно реагируя на адреналин. Если упростить, то паническая атака — это страх, направленный внутрь организма. Нервное напряжение нарастает и человек пугается этого состояния, физических реакций, получается, что это страх страха».

Коронафобия — что происходит в России

Наиболее уязвимы перед коронафобией люди, у которых уже есть тревожно-фобическое расстройство (например, паническое расстройство, агорафобия и др.), рассказал «Правмиру» врач-психиатр Павел Алфимов .

— Риск развития невроза относительно высок у людей с тяжелыми хроническими заболеваниями, а также у людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации без поддерживающего социального окружения. Важным фактором является склад личности. Например, в ситуации глобальной пандемии и нарастающего социально-экономического кризиса хуже всего приходится перфекционистам — они плохо переносят неопределенность и постоянно меняющиеся обстоятельства жизни.

По мнению врача, человек, который долгое время находится в состоянии тревоги, рано или поздно почувствует истощение — как физическое, так и моральное.

— Тревога — это механизм адаптации, который мобилизует наши ресурсы. Это может быть полезным в короткой перспективе (собственно, поможет адаптироваться к какому-либо стрессовому фактору). Однако долго находиться в таком состоянии мы не можем. Это связано, в частности, с нарушением функции гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси — системы, отвечающей за реагирование на стресс.

Симптомы нервного истощения понятны и знакомы почти любому человеку. Что-то похожее каждый испытывает после вирусной инфекции или сильного утомления. Это раздражительность, рассеянность (снижение концентрации внимания), плохая переносимость громких звуков или яркого света, снижение работоспособности, бессонница, снижение аппетита, плаксивость, неустойчивость настроения и др. При длительном истощении также может нарушаться иммунная реактивность организма — обостряется герпетическая сыпь, человек чаще заболевает ОРВИ.

В России действует Международная классификация болезней 10-го пересмотра (МКБ-10). В соответствии с ней людям, которые обращаются с симптомами «коронафобии», могут установить диагноз «расстройство приспособительных реакций (расстройство адаптации)», диагноз «изолированная фобия» или «смешанное тревожно-депрессивное расстройство», а также другой диагноз из рубрики невротических расстройств.

Конкретно в коронафобию оказались вовлечены не только те, кто изначально был впечатлителен, мнителен и тревожен, но и многие другие люди, рассказала «Правмиру» психолог Виктория Наумова.

— Происходит это и как счет реальной угрозы, которую принес ковид, так и за счет взаимоиндукции. То есть коронафобия перестала быть узкой, специфической фобией (как, например, страх пауков или поездок в лифте), а носит общемировой характер. И здесь каждый человек будет проецировать свой базовый страх. У одних это история про реальную угрозу собственной жизни и здоровью, у других — про страх за близких, у третьих — про серьезные финансовые потери, у четвертых — про отношения в семье и обострение проблем во время самоизоляции, и т.д.

Так как об этих и остальных проблемах и угрозах говорят открыто, ведут статистику, публикуют эмоциональные сюжеты и фоторепортажи, то каждый начинает реагировать своим способом. И чем больше у человека вариантов решения насущных вопросов, полезных знакомств (в т.ч. и для решения проблем со здоровьем), чем более доброжелательная и поддерживающая обстановка в семье, тем больше шансов встретить угрозу в более устойчивом состоянии. И наоборот.

Основная опасность коронафобии — это снижение качества собственной жизни, то есть изменение образа жизни и появление физически неприятных симптомов из-за сбитого режима сна и бодрствования, бессонницы, сопутствующих новых пищевых привычек (когда человек не хочет есть, или, наоборот, начинает «заедать» стресс), появляется зависимость от алкоголя, проявление закрытости и остракизма, отмечает психолог.

— Обычно реактивное тревожное состояние, вызванное каким-то событием, проходит самостоятельно спустя какое-то время. Если же состояние продолжается долго (а в случае коронавируса оно носит невидимый, но вполне себе очевидный по последствиям характер угрозы), то основным эмоциональным фоном человека становится страх. И этот страх характеризуется собственными объяснениями его причин. На первый план выходят такие характеристики, как сильная интенсивность переживаний, продолжительность их более 6 месяцев, реальные изменения в образе жизни (а в режиме самоизоляции они были неизбежны), феномен генерализации, когда ощущение тревоги начинает распространятся и на другие сферы жизни, что в ситуации с коронавирусом тоже оказалось неизбежным, представление худшего сценария развития событий, намеренное избегание или отрицание факта: саботаж карантинных мер, например, и, в целом, ощущение небезопасности и беспокойства.

Тревоги и как с ними справиться

Некоторые из распространенных переживаний мы обсудили с экспертами, чтобы узнать, в чем может быть проблема и как ее решить. При этом психологи напоминают: самостоятельно изменить свое восприятие тех или иных ситуации может получиться не всегда. Как хирург не может проводить операцию на собственном сердце, так и человек не может разобраться со своими тревогами без помощи специалиста.

«Я боюсь нового локдауна и того, что это все никогда не закончится»

Павел Жавнеров: «Проблема может быть в черно-белом восприятии мира, когда любая жизненная ситуация оценивается либо как только негативная, либо как только позитивная. Стоит расписать несколько вариантов развития ситуации, ведь локдаун может быть не длительным, может быть неполным. Ограничения могут быть разными — для определенных категорий людей, профессий. Когда человек видит, что убедительных вариантов может быть множество, он реагирует спокойнее. Важный момент в том, что ограничений как таковых человек не боится, он переживает из-за их последствий».

«Я привился, но люди с прививкой тоже заражаются. Мне постоянно страшно, что я и мои близкие не защищены от болезни на сто процентов. Боюсь, что все вокруг заразны»

​​​​​​​Ирина Герчикова: «Незнание в данном случае порождает страх, что-то новое может вызвать стресс. Это не совсем правильный подход. Стоит повышать свою осведомленность, обращаться к специалистам — инфекционистам, другим врачам. Если у человека появляются навязчивые мысли, ему кажется, что везде есть угроза, нужно сразу идти к специалисту, самостоятельно с этим справиться невозможно».

«Я боюсь смерти близких людей из-за этого вируса, меня пугает, когда вижу машины ритуальных услуг на улицах города»

Ирина Герчикова: «За страхом смерти может стоять все, что угодно, это индивидуальная проблема. Например, боязнь остаться одному. Специалист проработает с клиентом все подобные страхи, но самое важное здесь — адекватно воспринимать ситуацию, реалистично. Смерть есть, и это нужно принять».

«Чтобы отвлечься от плохих новостей, я начала смотреть добрые сериалы и, кажется, подсела. Теперь я вообще ничем не хочу заниматься, кроме постоянного просмотра комфортного мне контента вместо работы и остальной жизни»

Павел Жавнеров: «Отвлечение как способ справиться с тревогой не работает вообще. За день можно отвлечь себя несколькими разными способами, но тревожные ситуации не уходят никуда, они накапливаются. Из-за того что растет уровень тревожности, отвлекаться становится сложнее. Если человек понимает, что ему нужно переключиться, лучше найти что-то, что поможет снизить эмоциональную нагрузку: спорт, медитация. Также нужно начинать работать со своими эмоциональными реакциями, вместе со специалистом освоить техники когнитивно-поведенческой терапии».

Ирина Герчикова: «Это можно назвать регрессивной реакцией, когда хочется уйти в тепло и комфорт. Слишком сильный регресс может быть разрушительным, в таких случаях нужно сознательно заново приучать себя к работе».

«Из-за долгой изоляции мне стало сложнее общаться с обычными людьми, и я виню себя в том, что будто бы оправдываю изоляцией свое нежелание общаться»

Ирина Герчикова: «Человек, очевидно, окунается в вину, в данном случае с ним нужна индивидуальная работа. Предположу, что такая реакция идет из детства или подросткового возраста, нужно понять, как он воспринимал вину тогда и как это влияет на восприятие сейчас. Вину самостоятельно лучше не прорабатывать, с ней шутки могут быть плохи, и это даже может перерасти в тревожное расстройство».

«Меня тревожит, что из-за кампании вакцинации люди разделились на два лагеря: за и против. Они обоюдно унижают друг друга из-за отношения к вакцине, и теперь постоянно приходится находиться в ситуации социального напряжения между теми и другими»

Павел Жавнеров: «Несмотря на то что страх возникает в режиме реального времени — здесь и сейчас, реагирует человек обычно не на происходящее в данный момент, а на предполагаемые последствия. В данном случае страх, скорее всего, заключается в переживании, как будут развиваться взаимоотношения конкретно с ним, когда он примет решение, вакцинироваться или нет. Просто перестать загадывать на будущее здесь не поможет. Будущее вариативно, поэтому стоит разобрать возможные последствия тех или иных отношений в обществе и принять, что мир не делится на две полярные категории. Причем расписать стоит даже самые абсурдные варианты: что люди друг друга будут закидывать камнями, например. И затем идти от худших к лучшим: что все будут друг друга обнимать и уважать. Тогда можно увидеть и возможные промежуточные варианты».

Ирина Герчикова: «Думаю, что такие отношения между людьми порождает страх. Я наблюдала за отделом, в котором какие-то сотрудники привились, а какие-то — нет. И те, кто привился, задавался вопросом: «А почему я это сделал, а другие нет? Я что, чем-то хуже?» Стоит остановиться и подумать, для чего именно была сделана прививка — для себя или других? В первую очередь позаботьтесь о своем здоровье. Также такие переживания полезно обсудить в группе, это поможет снизить уровень агрессии».

«Из-за пандемии я постоянно работаю на удаленке, и теперь мне кажется что жизнь проходит мимо, а я человек второго сорта. У других-то работа идет как раньше…»

Ирина Герчикова: «Мы говорим о зависти: «Я заперт, а кто-то передвигается спокойно». В такие кризисные моменты человек начинает переосмыслять свою жизнь. Вполне может быть, что он на самом деле хочет заняться чем-то новым, сменить род деятельности. Об этом и стоит задуматься».

Павел Жавнеров: «Здесь речь о негативных эмоциях: чувствах стыда, вины, злости на себя. Это связано с восприятием собственных поступков. Чтобы реакция на свое поведение не вызывала стресс, человеку нужно правильно воспринять свои действия. Например, если он сделал работу не за 1,5 часа, как планировалось, а за 2,5. Нужно понять, какие причины повлияли на это — не оправдания, а именно объективные причины. Что в квартире было душно, что он работал с новой информацией, и поэтому ушло больше времени на выполнение задачи. То есть в таких ситуациях стоит объективно оценивать ситуацию и свою роль в ней».

«Если вы чувствуете, что постоянно переживаете из-за пандемии — новых ограничений, правил и изменений уклада вашей жизни, почаще задавайте себе вопрос: «Почему меня это волнует?», — рекомендует Михаил Хорс. — Нужно провести работу над своей оценкой ситуации. Почему вдруг болезнь — это однозначно плохо, и я единственный человек на земле, который должен быть здоров? Почему если что-то происходит не так, как я хочу, — это ужас и кошмар? — говорит эксперт. — Эмоциональная трудность — это не событие, а наша оценка событий. С ней и стоит вести работу».

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector