0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Коронавирус в афганистане

Коронавирус в Афганистане на сегодня – онлайн статистика зараженных

Последние данные о коронавирусе в Афганистане

  • Заразилось 484 +40
  • Умерло 15 +1
  • Выздоровело 32 +3
  • Осталось зараженных 437 +36
  • Летальность 3.1% около 31 чел. на 1000 заболевших

Онлайн Карта распространения коронавируса в Афганистане в реальном времени

В Афганистане находится 0.03% (484 человека) от всех протестированных заболевших в мире, 15 умерло, 32 выздоровело, а всего инфицированных осталось 437 человек.. По данным 9 апреля 2020 года, всего в мире заразились 1 598 226 человека

Подтвержденные случаи заражения коронавирусом в Афганистане

В некоторых городах введён карантин, из дома можно выйти только по веской причине, иначе может быть наложен штраф. Зараженных перевозят в специальные больницы, где за больными наблюдают врачи и при необходимости в самых тяжелых случаях, подключают их к аппаратам ИВЛ — искусственная вентиляция легких. В самых легких случаях некоторым разрешено находится дома на самоизоляции

Сейчас весь мир учится объединятся и помогать друг другу. Ученые разрабатывают вакцину и лекарства.

На данный момент смертность во всём мире составляет 5.97%. При этом большая часть это пожелые люди и больные люди имеющие хронические заболевания. Именно их призывают оградить от болезни в первую очередь, но чтобы это сделать, все остальные люди так же не должны быть переносчиками и относится к своему здоровью с большой ответственностью.

Большую опасность инфекция приобрела в частности из-за своего длительного инкубационного периода и сложности тестирования. Тем самым вирус долго не даёт о себе знать, а зараженный в это время общается с другими не ведая о том, что распространяет вирус

Ежедневная статистика по зараженным, умершим и выздоровившим в Афганистане

Многие страны закрыли свои границы, авиаперелеты, только в Европе, за последние дни снизились на 75%, глобальная экономика терпит огромные убытки, сфера туризма практически сошла до 0. Земля за это время немного экологически очистилась, некоторые самые загрязненные города за долгое время стали видны из космоса, воздух стал чище, реки и моря так же очищаются во время меньшего использования заводов и транспорта из-за панденмии, даже в Венеции каналы стали прозрачными, экостистема восстанваливется. Может после победы над вирусом, мы немного задумаемся.

Статистика в таблице по зараженным на территории Афганистана по дням

В данной таблице показана динамика активных заражений, спад и убыль по дням. Нужно учитывать, что цифры указанные по дням, не всегда означают произошедшее именно в этот день, это лишь показывает подтвержденные значения в эту дату, а само событие могло быть вчера или даже ранее.

Мир во время чумы: как эпидемия заставила «Талибан» и Кабул действовать заодно

«Талибан» и правительство Афганистана не могут договориться о мирных переговорах, но не сговариваясь, действуют заодно, когда дело касается коронавируса. Ведь иначе в этой борьбе рискуют проиграть все

ДУШАНБЕ, 9 апр — Sputnik, Сергей Кузнецов. Террористы не отзываются на голос мирового сообщества, однако живо прислушались к голосу разума, когда речь зашла об их жизнях.

В конце марта генсек ООН Антониу Гутерриш призвал прекратить огонь во всех конфликтах мира на фоне распространения коронавируса.

Возможно, где-то на призыв Гутерриша и отреагировали, тем более, что сейчас коронавирус по смертности вполне сопоставим с любой из войн второй половины 20 века.

Но вот в Афганистане слова генсека ООН совершенно точно остались гласом вопиющего в пустыне. Ни «Талибан» (запрещенное в РФ и Таджикистане радикальное движение), заявивший о готовности атаковать правительственные силы в случае провала сделки с США, ни афганские силовики, осуществившие несколько удачных спецопераций, не собираются складывать оружие.

Со стороны можно подумать, будто все крупные игроки вообще не воспринимают пандемию всерьез, словно, угроза эпидемии – не более чем информационный фон для внутренних разборок Кабула и «Талибана».

Sputnik Таджикистан решил разобраться, как на самом деле реагируют на коронавирус в Афганистане и почему эпидемия развела по разные стороны баррикад боевиков «Талибана» и «Исламского государства».

Хотим мира, готовим войну

Главным событием для исламской республики остается мирное соглашение, которое 29 февраля подписали в Дохе спецпредставитель США по Афганистану Залмай Халилзад и заместитель лидера «Талибана» мулла Абдулла Гани Барадар.

Особого восторга от сделки официальный Кабул не испытывал, и не зря: уже через три дня талибы объявили о возобновлении военных действий против правительства. Логика экстремистов в этом случае проста и безупречна, мол, перемирие подписывали с США, а официальному Кабулу мы ничего не обещали.

Впрочем, властям удалось договориться о прекращении огня в обмен на освобождение из тюрем сотен боевиков. Именно этот пункт и стал и камнем преткновения.

Власти Афганистана заявляют, что готовы освободить талибов, если их товарищи на воле прекратят нападения. А экстремисты, напротив, согласны пойти на мировую только после того, как их соратники выйдут из тюрьмы.

Ситуация получилась тупиковая и безвыходная. В итоге 7 апреля спикер талибов Сухейль Шахин сообщил, что обсуждение намеренно затягивается и техническая группа талибов прекращает участвовать «в бесполезных встречах».

По сложившийся афганской традиции, переговоры сторон вовсе не означали прекращение огня. Напротив, местные бандформирования провели серию терактов и нападений на правительственные посты. Только за прошедшую неделю в Афганистане погибло более ста военных, полицейских и мирных жителей, было ликвидировано 65 боевиков.

В данной ситуации власти решили, что худой мир лучше доброй войны и спешно выпустили из-под стражи 100 членов движения «Талибан». Правда, среди них не оказалось 15 полевых командиров движения, на освобождении которых в первую очередь настаивали экстремисты.

Проблема страшней «Талибана»

По мнению исполнительного директора Информационно-аналитического центра (ИАЦ) Сергея Рекеды, в ближайшем будущем можно ожидать очередных торгов между правительством и экстремистами о будущем страны, как всегда – с очень туманными результатами.

«Здесь трудно прогнозировать конкретные сценарии, ведь даже в случае успешного завершения очередных переговоров нет никакой гарантии, что игроки станут соблюдать условия соглашения», — считает он.

Действительно, после уступок Кабула диалог между сторонами должен пойти по привычной для Афганистана цикличной схеме: переговоры – обвинения – теракты – спецоперации – уступки и снова переговоры.

Но тут все карты внезапно смешал коронавирус. Первый случай заражения был выявлен в стране 24 февраля, и тогда, как и в других странах, к этому не отнеслись достаточно серьезно. Да и с чего бы? Китайские и любые другие туристы в страну не спешат, о случаях заражения в соседних странах, не считая Ирана, известно не было, а единственный пациент вовсе не повод для беспокойства.

Тем более, на фоне атак «Талибана» опасность от какого-то иноземного вируса наверняка казалось несколько преувеличенной. Сегодня число заболевших достигло 423, по меньшей мере 11 человек скончались. По сравнению с Европой и Америкой – цифры небольшие.

Однако стоит помнить о слабой системе здравоохранения Афганистана и проблемах диагностики. То есть реальное число заболевших может быть намного больше, что отлично понимают и политики в Кабуле и лидеры «Талибана».

«В Афганистане проведено очень мало тестов, всего 3400, и из них положительными оказались более 400. Это немало. Но при этом не так много летальных исходов, нет переполненных больниц. Другое дело – вопрос политики. Даже если взять самый оптимальный вариант, что Кабулу удастся преодолеть кризис, есть вопрос – а где вообще проводить мирные переговоры», — объясняет сложность ситуации директор института современного Афганистана Омар Нессар.

В Афганистане вести диалог не согласятся сами талибы, резонно опасаясь за свою безопасность. Европа и Россия закрыли границы на карантин и явно не желают сейчас быть посредниками в диалоге властей и экстремистов. И даже самому главному и заинтересованному зарубежному игроку – США – на фоне тысяч смертей от коронавируса, похоже, в кои-то веки стали не интересны разборки в чужом доме.

И сейчас «Талибан» и афганское правительство не просто оказались один на один друг с другом, но и вынуждены как-то решать общую проблему.

Дипломатичный коронавирус

Любопытно взглянуть, как реагируют на эпидемию две главные террористические группировки — «Талибан» и «Исламское государство» (запрещена в РФ и Таджикистане).

Проповедники ИГ рассуждают с человеконенавистнических позиций «чем хуже – тем лучше» в очередной раз доказывая, что кроме хаоса и смерти, в их идейном багаже ничего не было и нет.

ИГ напрямую заявляет: коронавирус – это кара Аллаха для неверных и грешников. Им поделом, а нам, братья, достаточно держаться подальше.

Совершенно иначе позиционирует себя «Талибан». Напрямую или косвенно контролируя треть Афганистана, боевики быстро поняли, что пандемия коронавируса – их личная проблема. Болезнь не разбирает, кто кафир, а кто праведный шахид, забирая всех подряд. А значит, если сегодня вирус поймал рядовой боец, завтра в могилу может отправиться его влиятельный (и немолодой) командир.

Тут лидеры «Талибана» решили единым фронтом встать на борьбу с коронавирусом, заодно улучшив в глазах общественности свою весьма сомнительную репутацию.

На подконтрольных территориях талибы начали раздавать листовки с информацией о том, как противостоять вирусу. Сайты и новостные ресурсы боевиков сейчас изобилуют роликами, где люди в санитарных халатах и с символикой группировки обеззараживают улицы. А дабы не терять антуража и сценического эффекта, короткие заявления о борьбе с коронавирусом спикеры талибов зачитывают на фоне пулеметов.

Андрей Серенко о том, почему в Афганистане коронавирус называют «иранским гриппом»

— Андрей, ощущается ли эпидемия коронавируса в Афганистане?

— Эпидемия коронавируса в Афганистане только набирает обороты и, судя по всему, она станет настоящим бедствием, потому что страна достаточно бедная.

Система здравоохранения несовершенна, есть серьезные проблемы с бюджетом, с финансированием медицинских учреждений.

Плюс практически открыты границы с Ираном, где сейчас полыхает просто настоящее стихийное бедствие, распространение коронавируса принимает катастрофические масштабы.

— Как ситуация в Иране влияет на Афганистан?

— Сегодня не без поддержки иранских властей происходит насильственное выдворение тех афганцев, которые в статусе беженцев несколько лет проживали на территории Ирана.

Именно из Ирана в Афганистан попадает наибольшее число зараженных этой опасной болезнью. Больше половины зараженных на сегодняшний день являются жителями западной афганской провинции Герат, которая граничит с Ираном и имеет очень тесные связи с этой страной.

И вот эту вот гадость, которая пришла из Ирана, в Афганистане уже называют «иранский грипп» или «иранский вирус».

— Сможет ли Кабул самостоятельно справиться с угрозой?

— Я считаю, что для Афганистана наступают сложные времена, государство будет нуждаться в поддержке стран региона, в том числе со стороны Российской Федерации.

Я думаю, что Россия сегодня могла бы оказать поддержку не только Италии и Китаю — странам, которые достаточно развиты и успешны в экономическом плане, но и такой стране, как Афганистан.

Потому что отношения наших стран имеют давнюю историю, отношения афганцев и россиян в значительной степени комплиментарны.

— Но зачем это нужно России?

— Я считаю, что Россия заинтересована в укреплении своего влияния в Афганистане, и сегодня как раз открывается эта возможность проявить российское великодушие, российскую готовность прийти на помощь афганским гражданам.

Я думаю, что Россия могла бы очень серьезно укрепить свои позиции в Афганистане, больше всего в общественном мнении, осуществив там гуманитарные проекты.

В Афганистане очень много людей занимаются войной, очень много людей начинают заниматься миром, однако мало кто думает о населении этой страны. Коронавирус. Справка

Россия могла бы в этом выгодно отличаться от тех, кто либо воюет, либо болтает, представ в статусе силы, которая спасает людей от тяжелых инфекционных заболеваний.

Думаю, такого рода гуманитарный проект был бы не только уместен в человеческом измерении, но это еще был бы очень сильный ход в продвижении российских интересов в Афганистане и повышение и укрепление позитивного имиджа России среди афганцев.

— Как, по-вашему, повлиял или повлияет коронавирус на экономику Афганистана, насколько это влияние серьезно и чего можно ожидать?

— Сейчас пока сложно сказать, потому что на текущий момент количество выявленных зараженных людей — всего около сорока человек на весь Афганистан. Но я думаю, что самый главный удар коронавируса только впереди.

Скорее всего, апрель и май станут как раз тем временем, когда в Афганистане возникнет угроза настоящей эпидемии и удар будет нанесен и по бизнес-сообществу, и по экономическим каким-то классам, в первую очередь по городскому населению.

В Афганистане есть крупные города – Кабул, Кандагар, Мазари-Шариф, Герат, в которых живет достаточно много населения, не всегда в хороших санитарных условиях.

Угроза быстрого распространения эпидемии в таких местах существует. Это не может не нанести удар по экономической и социальной сфере и станет серьезным испытанием для всей афганской государственности.

— Насколько серьезная эта угроза?

— Коронавирус может стать более серьезной угрозой, чем Талибан* или терроризм, и уж точно серьезнее, чем угроза со стороны ИГИЛ*.

Есть вероятность того, что в случае стремительного расширения эпидемии в Афганистане соседние страны могут закрыть границы, и это может стать настоящим крахом для афганской экономики, потому что она в значительной степени строится на экспорте сельхозпродукции, которая вывозится в другие регионы.

Понятно, что Афганистан не оставит в беде такая страна, как Индия, Афганистан не бросит Китай.

Но хотелось бы, чтобы самые разные страны, в том числе и Российская Федерация, поучаствовали в этом гуманитарном проекте.

Возможно, и в том, чтобы подумать, как поддержать афганский бизнес в виде допуска афганской сельхозпродукции, естественно, под серьезным эпидемиологическим контролем, на рынки Евразийского экономического союза и Таможенного союза.

Для афганцев экспорт продовольствия имеет принципиальное значение.

— Насколько долго коронавирус будет оказывать серьезное влияние на политику и экономику и каким будет мир после коронавируса?

— Коронавирус уже разделил мир на до и после, как ни банально это звучит, но это соответствует реальности. Думаю, что весь этот год будет опасен.

А в Афганистане есть два фактора, которые позволяют надеяться на то, что все-таки эпидемию коронавируса можно будет каким-то образом блокировать, несмотря на сложные санитарные условия, неразвитую медицинскую инфраструктуру и так далее.

Первое условие — это то, что в Афганистане скоро наступит лето. Как говорят медики, коронавирус умирает при температуре окружающей среды выше 30 градусов по Цельсию.

На большей части Афганистана такой температурный режим наступит уже примерно через месяц или полтора. И тогда можно надеяться, что под воздействием таких высоких температур распространение вируса может быть ограничено.

Второй очень важный момент – Афганистан очень молодая страна, где около 80% населения — люди в возрасте до 35 лет. Как известно, в основном жертвами коронавируса становятся пожилые люди. Так что можно надеяться, что организмы молодых афганцев выдержат подобного рода испытание.

Хотя с другой стороны нужно понимать, что афганская молодежь — это не то же самое, что российская или европейская. Афганцы — люди с иммунитетом послабее, с качеством здоровья послабее.

Испытание, которое несет коронавирус для Афганистана, не менее серьезно, чем то, с которым сейчас столкнулся Иран, чем то, что уже пережили китайцы.

Но я думаю, что Афганистану понадобится гораздо более серьезная поддержка со стороны международного сообщества, потому что в отличие от Китая и других более-менее развитых стран, в том числе в регионе, вряд ли Афганистан сможет справится с этой эпидемией без серьезных потерь самостоятельно.

Поэтому думаю, что здесь было бы неплохо какую-то координацию усилить со стороны России, стран региона и афганского правительства и подобного рода работу начать.

— А как повлияет коронавирус на политическое урегулирование в Афганистане?

— Если бы Российская Федерация и страны региона поддержали соответствующую инициативу, то можно было бы рассчитывать на более ускоренное развитие межафганского диалога на фоне эпидемии коронавируса. Ничто так не сближает, как общая беда.

Поэтому сегодня, когда афганское правительство с одной стороны и Талибан с другой никак не могут найти компромиссов по каким-то политическим вопросам, я думаю, они могли бы найти такой компромисс благодаря общей борьбе с этой инфекцией.

Известно, что не только афганские власти, президент Гани, очень серьезно относятся к этой угрозе, но и те же самые талибы выпустили специальное заявление, в котором отреагировали на важность эпидемии коронавируса и даже пообещали свою поддержку международным гуманитарным организациям, прежде всего в сфере здравоохранения, которые могли бы предоставлять помощь афганцам.

Здесь эти неуместные политические заскоки, которые иногда демонстрируют афганские политики, в том числе и талибы, во многом их необходимо компенсировать таким сильным внешним дружеским воздействием для того, чтобы убедить все стороны объединить соответствующие усилия перед угрозой этой катастрофы, потому что если эпидемия разгуляется, то там ни талибам, ни сторонникам правительства мало не покажется.

Вместо того, чтобы искать какие-то платформы для политических компромиссов по сложным вопросам между афганским правительством и Талибаном, надо сейчас объединять усилия, создать объединенный национальный штаб по противодействию коронавирусной инфекции, в котором могли бы работать и представители афганского правительства, и представители талибов.

Соответственно, работы по обеспечению карантинного режима можно было бы осуществлять совместно. Коронавирус помог бы создать архитектуру для такого неожиданного партнерства – что называется, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Я только думаю, что для такого объединения необходим внешний толчок, тем более, что талибы не готовы сейчас к такому партнерству, если на них не повоздействуют страны региона, в первую очередь пакистанские талибы, Россия и США.

— Допустим, это произойдет. Что тогда?

— Если будет такая солидарная позиция, будет оказано давление на Талибан и отдельным лидерам талибов очень настойчиво будет рекомендовано согласиться на создание коалиционного штаба по противодействию инфекции вместе с афганским правительством и начать совместную работу в этом направлении, я думаю, что талибы от такого предложения не откажутся.

И тогда возможно получить неожиданно новую политическую архитектуру для совместных действий талибов и афганского правительства. Она будет основана не на каких-то политических, экономических или политтехнологических конструкциях, а на совместной работе комиссии по здравоохранению, созданной из [представителей] Талибана и Минздрава Афганистана.

Это интересная новая площадка, которая может объединить враждующие стороны вокруг реальной проблемы, на благо всех афганцев.

Однако, повторюсь, добровольно Талибан на такой компромисс не пойдет, и здесь важны воздействия различных стран региона, в том числе России.

* Деятельность организаций запрещена на территории РФ

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector