0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как коронавирус попал в иран

КОРОНАВИРУС В ИРАНЕ: ЧТО РАССКАЗЫВАЮТ ВРАЧИ И ЧТО СКРЫВАЮТ ВЛАСТИ

КОРОНАВИРУС В ИРАНЕ: ЧТО РАССКАЗЫВАЮТ ВРАЧИ И ЧТО СКРЫВАЮТ ВЛАСТИ

Иран столкнулся с одной из крупнейших вспышек коронавируса в мире. В пятницу жители страны в семейном кругу отмечали Новруз — персидский Новый год, но настроение было совсем не праздничное.

Люди опасаются, что правительство скрывает истинный масштаб распространения вируса и что ситуация с Covid-19 может стремительно ухудшиться.

Мохаммад без устали работает с первых дней вспышки коронавируса, спасая жизни своих пациентов. Он — врач в больнице в провинции Гилан на севере Ирана. Мохаммад не видел свою семью 14 дней. Он потерял нескольких друзей и коллег — в том числе бывшего наставника, профессора медицинского института, который недавно скончался от коронавируса.»Такое происходит не только в нашей больнице. Вспышка коронавируса парализовала всю нашу систему здравоохранения», — говорит Мохаммад. «Моральный дух сотрудников очень низкий. Наши семьи очень обеспокоены, мы испытываем огромное давление», — добавляет он.

Мохаммад — не настоящее его имя. Оно изменено, потому что в Иране критика в адрес правительства может привести к аресту. Тем не менее, несколько врачей из северных провинций согласились рассказать Би-би-си о тяжелых условиях, в которых им приходится работать — и о том, как, по их мнению, правительство плохо справляется с кризисом.
«У нас даже нет достаточного количества масок. Медицинские работники умирают ежедневно», — рассказывает Мохаммад.»Я не знаю, сколько человек умерло, но правительство пытается скрыть истинный масштаб кризиса. Они лгали в первые дни вспышки», — говорит он.

Covid-19 распространился по всем 31 провинциям Ирана всего за 16 дней. Кроме того, 16 стран заявляют, что первые случаи заражения вирусом попали к ним из Ирана. Это Ирак, Афганистан, Бахрейн, Кувейт, Оман, Ливан, ОАЭ, Канада, Пакистан, Грузия, Эстония, Новая Зеландия, Беларусь, Азербайджан, Катар и Армения. Несмотря на это, как считают критики властей, правительство Ирана продолжается занижать масштаб вспышки коронавируса.

В первом официальном заявлении о вирусе 19 февраля правительство советовало не беспокоиться, а верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи обвинил «врагов» Ирана в том, что те преувеличивают масштаб угрозы. Неделю спустя, когда число заразившихся и умерших быстро росло, президент Хасан Рухани заявил о «вражеском заговоре», имеющем целью запугать иранцев и остановить жизнь в стране. Президент призывал иранцев продолжать свою повседневную жизнь и ходить на работу. Контролируемые государством каналы недавно объявили, что коронавирус может быть произведенным в США «биологическим оружием», а Хаменеи написал в «Твиттере» о «биологической атаке».

К субботе число умерших от Covid-19 в Иране перевалило за полторы тысячи человек, инфицированных — больше 20 тысяч. Врачи из трех наиболее пострадавших провинций Ирана — Гилан, Голестан и Мазандарн — рассказали Би-би-си, что тестов на коронавирус в их распоряжении нет, запасы медикаментов ограничены (в том числе базовых), ощущается также нехватка кислородных баллонов, масок, защитных перчаток, халатов. Врачам приходится оборудовать временные полевые госпитали. Одна из реаниматологов рассказала, что у них в городе койки для прибывающих пациентов расставили на футбольном стадионе.
Все без исключения собеседники Би-би-си из числа врачей на основании своего опыта делают вывод о существенном занижении официальной статистики.
Врач из больницы в провинции Голестан подсчитала, что в среднем к ним привозят около 300 новых пациентов ежедневно. По ее оценкам, 60-70% из них заражены коронавирусом, но из-за нехватки мест в стационар кладут только тех, кто в критическом состоянии. А официальная статистика учитывает только тех, кто оформлен и лежит в больнице. На протяжении последних двух недель, по словам этого врача, у нее умирали примерно по пять пациентов в день. Зачастую больные умирали, не дождавшись проведения анализа на Covid-19.

Умирают и сами врачи. 25-летняя медсестра из города Лахиджан умерла в конце февраля. Фото умершей стала вирусным в социальных сетях. Правительство отрицало, что она скончалась от Covid-19.
Контролируемые государством телеканалы продолжали изображать медиков как неуязвимых и полных сил героев, которые бесстрашно сражаются с вирусом и спасают жизни. Вскоре после ее смерти Иранская организация медсестер подтвердила, что она умерла от коронавируса.

По данным властей, «нулевых пациентов» — тех, с кого началась вспышка — было двое, оба умерли 19 февраля в Куме. Один из них, как сообщалось, был бизнесменом и заразился короновирусом в Китае.
Город Кум быстро стал очагом заражения. Кум — центр паломничества мусульман-шиитов. Здесь ведущие исламские священнослужители страны, сюда ежегодно прибывают около 20 миллионов иранцев и еще и 2,5 миллиона иностранцев. Каждую неделю тысячи паломников прибывают в город, они целуют и прикасаются к многочисленным святыням.Вирус быстро распространялся, число случаев заболевания начало расти. Но вместо того, чтобы быстро изолировать город, соратники верховного аятоллы — например, священнослужитель Мохаммад Саеди — выступали за то, чтобы паломники продолжали посещать город. «Мы считаем этот святой город местом исцеления. Это значит, что люди должны прибывать сюда, чтобы исцелить как духовные, так и физические болезни», — говорил он.

Региональный директор Всемирной организации здравоохранения по чрезвычайным ситуациям Ричард Бреннан, недавно вернувшийся из Кума, сказал: «Из-за особой религиозной специфики Кума, когда паломники прибывают и из Ирана, и из-за рубежа, вирус быстро распространился по всей стране». Бреннан также заявлял, что во время своего визита видел «подлинные усилия», направленные на то, чтобы обеспечить работу медиков в лабораториях и больницах в Куме и Тегеране. Священные места в Куме сейчас уже закрыты.

В феврале состоялись два важных для страны события — 41-я годовщина Исламской революции и выборы в парламент. «Первые дни, когда я и мои коллеги зарегистрировали аномальное респираторное заболевание, были за несколько дней до дня победы Исламской революции 11 февраля», — вспоминает высокопоставленный врач. По его словам, он отправлял многочисленные отчеты из своей больницы чиновникам министерства здравоохранения в Тегеране, предупреждая о вспышке.
«Мы считаем, что представители системы здравоохранения решили скрыть тот факт, что коронавирус пришел в Иран. Чтобы не срывать государственные мероприятия», — говорит он.

И годовщина революции, и выборы рассматривались как проверка популярности правительства после шести месяцев хаоса, пережитого иранцами. Речь идет о масштабных протестах в ноябре, которые начались после повышения цен на топливо, а также об обострении отношений с США. Оно произошло после того, как Иран атаковал базу в Ираке, где размещались американские военные, после гибели главы спецподразделения Корпуса стражей исламской революции Ирана Касема Сулеймани. Крушение украинского самолета, которое привело к гибели 176 человек, также подорвало общественное доверие к власти, ведь официальные лица поначалу отрицали, что лайнер был сбит ракетой. После выборов Хаменеи обвинил «врагов» Ирана в том, что они преувеличивали угрозу коронавируса, чтобы удержать избирателей подальше от избирательных участков.

Недавно министр здравоохранения Ирана Саид Намаки отверг упреки в задержке сообщений о коронавирусе. Государственное телевидение сообщило: «О первых случаях заражения было объявлено сразу же [19 февраля], хотя выборы должны были состояться в пятницу [21 февраля]». Спустя пять дней после выборов число официально подтвержденных случаев выросло до 139, летальных исходов — до 19. В тот же день депутат от Кума Ахмад Амирабади Фарахани на заседании парламента объявил, что в его городе за две недели умерли 50 человек.
Замминистра здравоохранения Ирана Ирадж Хариричи отрицал сказанное депутатом и обещал подать в отставку, если количество умерших достигнет хотя бы половины этого числа. В тот же день Хариричи начал потеть и кашлять во время пресс-конференции. Позже он объявил, что тест на коронавирус дал положительный результат, став первым из многих высокопоставленных иранских политиков, которые заразились.Как сообщается, Хариричи выздоровел, он появился в прямом телеэфире 13 марта.

Читать еще:  Коронавирус сайт онлайн карта

Многие эксперты и журналисты полагают, что официальные данные о вспышке коронавируса в Иране — значительная и опасная недооценка истинных масштабов кризиса. Расследование, проведенное Персидской службой Би-би-си, показало, что в Иране от коронавируса умерли в шесть раз больше человек, чем на тот момент сообщало министерство здравоохранения страны. Но поскольку даже официальные данные продолжают расти, вопрос для иранцев сейчас заключается в том, как остановить вирус.

Отец Алирезы скончался в середине марта. «Ни один человек из нашей семьи не был на похоронах. Я даже не увидела его тела. Они просто сказали нам, что он умер и уже похоронен в особой зоне главного тегеранского кладбища», — вспоминает она. В целях безопасности имя Алирезы было изменено. Власти сказали семье, что не надо собираться на похороны и что можно будет посетить могилу после погребения. А на кладбище сотрудники ей сказали, что находиться там небезопасно, поскольку хоронят много других тел. «Об этих похоронах мы говорим больше, чем о смерти отца», — говорит Алиреза. «Я не религиозна, — добавляет он. — Но у меня осталось странное чувство, как будто мы не проявили уважения к отцу». Все похороны с участием большого числа людей в Иране сейчас запрещены. Несколько аятолл, включая верховного, издали фетвы против традиционного обмывание покойных. Цель — оградить от коронавируса тех, кто обмывает тела перед похоронами.

ВОЗ призывает к срочным и решительным действиям, но реакция Ирана по-прежнему не соответствует мерам, осуществляемым в таких странах, как Китай или Италия. Школы, университеты и семинарии закрыты, футбольные матчи отменены, а в Тегеране началась широкомасштабная операция по дезинфекции. Всем жителям Ирана предписано оставаться дома. Впервые с момента создания Исламской республики в 1979 году отменены пятничные молитвы. Пытаясь предотвратить распространение болезни в переполненных тюрьмах, 155 тысяч заключенных были временно освобождены. В том числе политзаключенные — например, Назанин Загари-Рэтклифф, британка иранского происхождения, сотрудница благотворительной организации.
Большинство правительственных зданий, офисов и банков остаются открытыми.
Даже для иранцев, относящихся к среднему классу, например, для учителя-пенсионера Фатемы и ее мужа (имена изменены), проблемой остается привязка к наличным деньгам, без которых нельзя приобрести ни продукты, ни топливо. «Мы вынуждены ходить в банк, чтобы получать ежемесячную пенсию. И к Новрузу тоже ожидается выплата — надо будет получить ее на руки», — говорит она. Специалисты-медики и в Иране, и за его пределами говорят, что если правительство не сделает информацию прозрачной и не предпримет меры для карантина целых городов, таких как Кум, вирус продолжит наносить вред всей стране.

Президент Рухани неоднократно заявлял, что правительство не будет закрывать города, что все магазины будут работать, а жизнь будет идти своим чередом. Персидский Новый год — главный праздник для иранцев. Аятолла Хаменеи в своей речи говорил о невероятных жертвах, которые принес народ, борясь со вспышкой коронавируса. Для Фатемы еще никогда не было менее подходящего момента для праздника.
«За всю свою жизнь я даже не помню такого Новруза, чтобы оставаться дома в одиночестве. Даже во время войны, когда Саддам [Хусейн] начал обстреливать города ракетами, мы навещали друг друга во время Новруза», — вспоминает она.

В Иране коронавирусом заразилось даже руководство страны: Как не повторить их судьбу?

Паломники, посещавшие святыни Кума, развезли вирус по десяткам иранских провинций (кое-что попало и в соседние арабские страны). У молящихся принято прикасаться к решеткам у могил святых руками и губами. Никакая дезинфекция не способна противостоять постоянному натиску толпы

Московский центр Карнеги

Московский центр Карнеги

Паломники, посещавшие святыни Кума, развезли вирус по десяткам иранских провинций (кое-что попало и в соседние арабские страны). У молящихся принято прикасаться к решеткам у могил святых руками и губами. Никакая дезинфекция не способна противостоять постоянному натиску толпы

Иран вышел на печальное второе место по количеству смертей от нового коронавируса COVID-19. Россия ограничила сообщение с Ираном, отменив выдачу почти всех видов виз. Иранское руководство рапортует, что делает все возможное. Но сами иранцы ему не верят. Вирус, изначально поразивший святой иранский город Кум, поколебал даже религиозные основы сознания иранцев, и последствия эпидемии могут стать для Ирана важнее любой инфекции.

Особенности учета

С самого начала статистика по коронавирусу в Иране выглядела странно. Первые случаи болезни сразу оказались смертельными. Вирус завез в Кум иранский бизнесмен, вернувшийся из Китая, он же первым и скончался.

Новости по теме

Новости по теме

Сегодня на 593 случая заражения в стране приходится 43 смерти. То есть доля летальных исходов в Иране в два с лишним раза выше, чем в других странах, где она не превышает 3%. Неудивительно, что иранцы не доверяют официальным данным. Они считают, что даже вопрос здоровья населения власти принесли в жертву политике.

В последние месяцы ситуация в стране более чем напряженная, а на 21 февраля были назначены парламентские выборы. Большинство кандидатов – консервативного толка, многие неизвестны населению. Власти чувствовали, что с явкой возможны проблемы. Поэтому данные о распространении коронавируса могли скрывать, чтобы не отпугнуть людей от избирательных участков.

К 19 февраля правительству стало ясно, что нужной явки все равно не будет. Тогда власти решили обнародовать данные о смертях и использовать коронавирус как оправдание.

Явка в итоге оказалась рекордно низкой за всю историю Исламской Республики – 42%. Если убрать бюджетников и других граждан, которых голосовать обязывает служебное положение, получится не более 25% населения. Верховный лидер Ирана аятолла Хаменеи, как обычно, торжественно поздравил население с итогами выборов, отметив, что явка была бы не ниже, чем раньше, если бы не эпидемия, связанная, естественно, с кознями западных держав.

В отличие от многих других проблем Ирана, коронавирус не обращает внимания на статус и привилегии, он не щадит ни парламент, ни правительство. Ирадж Харирчи, замминистра здравоохранения, появился на телевизионной пресс-конференции, чтобы заверить общественность, что вспышка заболевания под контролем. Произнося эти слова, он сильно потел и был явно нездоров. Позднее было объявлено, что у него диагностирован коронавирус.

Заболела и вице-президент Ирана по делам женщин и семьи Масуме Эбтекар, а также некоторые депутаты парламента. На сегодня тест на вирус прошли сто депутатов Меджлиса, и у четверых результат положительный.

Как это могло произойти? Покой властей в Иране охраняется ничуть не хуже, чем в России. Несколько уровней безопасности, личный транспорт, охрана. И если болезнь добралась даже до высшего руководства страны, то нельзя исключать самый неприятный сценарий. Возможно, реальные масштабы эпидемии такие, что в Тегеране от вируса просто не укрыться.

Однако есть и более реалистичная версия: их болезнь – ложь и показуха, призванная успокоить людей и показать близость власти с народом. Недаром тот же замминистра Харирчи публикует в соцсетях веселые видео: мол, сижу на карантине, была температура с кашлем, но мне уже лучше, поправляюсь, ничего страшного. Впрочем, таких, как он, лечат на дому, где дежурят медсестры и подвезено необходимое оборудование, когда простому иранцу с вирусом порой трудно попасть и в обычную больницу.

Поначалу иранские власти несерьезно отнеслись к болезни. Дней десять назад президент Хасан Рухани уверял, что беспокоиться не о чем и с началом следующей рабочей недели жизнь вернется в прежнее русло. И только когда границы с Ираном закрыли практически все соседние государства (по разным данным, иранские граждане успели развезти вирус уже в 11 стран), правительство спохватилось.

С 29 февраля иранцев прекратили сажать на международные рейсы, регистрировали только граждан других государств. Крупнейшая иранская авиакомпания Mahan Air обещает вернуть деньги за билеты, поясняя, что распоряжение поступило напрямую из МВД Ирана и за его соблюдением строго следит «Корпус стражей исламской революции». Как долго сохранится ограничение, неизвестно.

Читать еще:  Больница коронавирус в китае

Вирус и святыни

Религиозный истеблишмент Ирана повел себя не очень мудро. Кум, где появились первые заболевшие, – это государство в государстве, там проживают самые уважаемые религиозные деятели страны. В городе много медресе, почитаемых мечетей и мавзолеев Ирана.

Куму закон не писан: свои мечети он закрывать не стал несмотря на все предписания Министерства здравоохранения. Муллы отвечали, что людям надо куда-то приходить, чтобы молиться о здоровье близких, да и вообще, только в таких местах и происходят чудеса.

«Чудеса» не заставили себя долго ждать. Паломники, посещавшие кумские святыни, развезли вирус по десяткам иранских провинций (кое-что попало и в соседние арабские страны). У молящихся принято прикасаться к решеткам у могил святых руками и губами. Никакая дезинфекция не способна противостоять постоянному натиску толпы.

Попытки перекрыть доступ к решеткам прозрачными загородками привели лишь к тому, что вирус оставался на заграждениях. Святыни не закрыты до сих пор, объявлено лишь: «Мы надеемся на понимание со стороны людей, что они будут вести себя осторожно». Карантин в Куме (и то не для всех) был введен только 1 марта, хотя любой другой город на его месте давно бы закрыли для въезда и выезда.

Стоит ли винить в распространении болезни чрезмерную религиозность иранцев? Не надо забывать, что для многих в Иране ислам остается одной из важных основ мировоззрения. Эти люди могут не доверять исламскому правительству, но верят Корану и аятоллам. Однако ситуация с вирусом заставила их по-новому взглянуть на людей в тюрбанах, которых они считали примером для подражания.

Для борьбы с коронавирусом наука определенно способна предложить куда больше, чем религия. Муллы предлагают читать на ночь определенные айяты Корана или использовать народные средства для лечения. Любое несчастье или природную катастрофу они объясняют божественным гневом и нечестивым поведением людей. Но теперь источником заражения стал святой Кум! Как же так?

Еще сложнее людям понять жесткое сопротивление религиозных деятелей разумным научным предписаниям, даже когда речь идет о человеческих жизнях. Слишком большое относительное количество смертей (что заставило некоторых ученых говорить о сверхбыстрой мутации вируса в Иране) может указывать на подтасовку статистики.

Есть и другой момент: жители Кума, почтенные муллы, относятся как раз к той возрастной категории, для кого вирус особенно опасен. В паломничество по святым местам также чаще отправляются люди в возрасте. Большинство скончавшихся в Иране – люди за 70. Отказ от необходимых мер и нежелание закрывать святыни с их стороны выглядит как коллективное самоубийство и намеренное нанесение вреда другим людям.

Трещины сомнений ведут к расколу. Известные факихи (высшая каста исламских законоведов, примеры для подражания для своих последователей) массово теряют прежде верную им аудиторию. Даже религиозные иранцы все чаще сомневаются в правильности действий религиозных авторитетов. А 28 февраля в крупных городах отменили традиционный пятничный намаз – серьезный отход от принятого в стране протокола.

Нельзя сказать, что иранская система здравоохранения бездействует. В стране началась добровольная мобилизация молодых докторов и студентов медвузов (некоторые уже погибли от коронавируса, борясь за жизнь пациентов). Аптекари и врачи бесплатно снабжают население масками и респираторами, а также спиртовыми растворами для обработки рук и различных поверхностей.

Но ресурсов явно не хватает. Даже в крупных городах некоторые больницы, диагностировав коронавирус, лечат больных только подпиской о невыезде. А в сельской местности традиционно с лечением дела обстоят еще хуже – сказывается дефицит врачей.

Работодатели до минимума сокращают время пребывания сотрудников в офисе, где есть возможность – переводят на дистанционную работу. Еще до официальной приостановки занятий в школах (до весенних каникул оставалось учиться еще три недели) родители стали массово забирать оттуда детей. Тегеранское метро, которое обычно с трудом справляется с потоком пассажиров, опустело. Домохозяйки обрабатывают дезинфицирующими средствами все в доме: от дверных ручек до пакетов с едой из магазина (еду тоже предпочитают заказывать на дом).

Иранцы не верят официальной статистике, считая, что она занижена минимум в три раза. Они сомневаются в своих религиозных деятелях, на которых частично лежит вина за сокрытие истины и распространение болезни. Теперь они надеются только на себя, и быть может, это гарантирует более эффективное сопротивление эпидемии, чем любые меры на государственном уровне.

Марьям Хамеди

Другие материалы центра Карнеги:

Коронавирус для ультраправых. Чем обернется эпидемия в Италии

Коронавирус протеста. Почему украинцы взбунтовались против приема эвакуированных из Китая

Коронавирус против «большого брата». Как эпидемия подорвала систему слежки в Китае

Редакция может не соглашаться с мнением автора. Если вы хотите написать в рубрику «Мнение», ознакомьтесь с правилами публикаций и пишите на blog@112.ua.

Коронавирус в Иране: что рассказывают врачи и что скрывают власти

Поделиться сообщением в

Внешние ссылки откроются в отдельном окне

    Внешние ссылки откроются в отдельном окне

    Иран столкнулся с одной из крупнейших вспышек коронавируса в мире. В пятницу жители страны в семейном кругу отмечали Новруз — персидский Новый год, но настроение было совсем не праздничное.

    Люди опасаются, что правительство скрывает истинный масштаб распространения вируса и что ситуация с Covid-19 может стремительно ухудшиться.

    Мохаммад без устали работает с первых дней вспышки коронавируса, спасая жизни своих пациентов. Он — врач в больнице в провинции Гилан на севере Ирана.

    Мохаммад не видел свою семью 14 дней. Он потерял нескольких друзей и коллег — в том числе бывшего наставника, профессора медицинского института, который недавно скончался от коронавируса.

    «Такое происходит не только в нашей больнице. Вспышка коронавируса парализовала всю нашу систему здравоохранения», — говорит Мохаммад. «Моральный дух сотрудников очень низкий. Наши семьи очень обеспокоены, мы испытываем огромное давление», — добавляет он.

    Мохаммад — не настоящее его имя. Оно изменено, потому что в Иране критика в адрес правительства может привести к аресту. Тем не менее, несколько врачей из северных провинций согласились рассказать Би-би-си о тяжелых условиях, в которых им приходится работать — и о том, как, по их мнению, правительство плохо справляется с кризисом.

    «У нас даже нет достаточного количества масок. Медицинские работники умирают ежедневно», — рассказывает Мохаммад.

    «Я не знаю, сколько человек умерло, но правительство пытается скрыть истинный масштаб кризиса. Они лгали в первые дни вспышки», — говорит он.

    Covid-19 распространился по всем 31 провинциям Ирана всего за 16 дней. Кроме того, 16 стран заявляют, что первые случаи заражения вирусом попали к ним из Ирана. Это Ирак, Афганистан, Бахрейн, Кувейт, Оман, Ливан, ОАЭ, Канада, Пакистан, Грузия, Эстония, Новая Зеландия, Беларусь, Азербайджан, Катар и Армения.

    Несмотря на это, как считают критики властей, правительство Ирана продолжается занижать масштаб вспышки коронавируса.

    В первом официальном заявлении о вирусе 19 февраля правительство советовало не беспокоиться, а верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи обвинил «врагов» Ирана в том, что те преувеличивают масштаб угрозы.

    Неделю спустя, когда число заразившихся и умерших быстро росло, президент Хасан Рухани заявил о «вражеском заговоре», имеющем целью запугать иранцев и остановить жизнь в стране. Президент призывал иранцев продолжать свою повседневную жизнь и ходить на работу.

    Контролируемые государством каналы недавно объявили, что коронавирус может быть произведенным в США «биологическим оружием», а Хаменеи написал в «Твиттере» о «биологической атаке».

    К субботе число умерших от Covid-19 в Иране перевалило за полторы тысячи человек, инфицированных — больше 20 тысяч.

    Врачи из трех наиболее пострадавших провинций Ирана — Гилан, Голестан и Мазандарн — рассказали Би-би-си, что тестов на коронавирус в их распоряжении нет, запасы медикаментов ограничены (в том числе базовых), ощущается также нехватка кислородных баллонов, масок, защитных перчаток, халатов.

    Врачам приходится оборудовать временные полевые госпитали. Одна из реаниматологов рассказала, что у них в городе койки для прибывающих пациентов расставили на футбольном стадионе.

    Все без исключения собеседники Би-би-си из числа врачей на основании своего опыта делают вывод о существенном занижении официальной статистики.

    Читать еще:  Новости по коронавирусу на сегодня 2020

    Врач из больницы в провинции Голестан подсчитала, что в среднем к ним привозят около 300 новых пациентов ежедневно. По ее оценкам, 60-70% из них заражены коронавирусом, но из-за нехватки мест в стационар кладут только тех, кто в критическом состоянии. А официальная статистика учитывает только тех, кто оформлен и лежит в больнице.

    На протяжении последних двух недель, по словам этого врача, у нее умирали примерно по пять пациентов в день. Зачастую больные умирали, не дождавшись проведения анализа на Covid-19.

    Умирают и сами врачи. 25-летняя медсестра из города Лахиджан умерла в конце февраля. Фото умершей стала вирусным в социальных сетях. Правительство отрицало, что она скончалась от Covid-19.

    Контролируемые государством телеканалы продолжали изображать медиков как неуязвимых и полных сил героев, которые бесстрашно сражаются с вирусом и спасают жизни.

    Вскоре после ее смерти Иранская организация медсестер подтвердила, что она умерла от коронавируса.

    Почему вирус распространялся так быстро?

    По данным властей, «нулевых пациентов» — тех, с кого началась вспышка — было двое, оба умерли 19 февраля в Куме. Один из них, как сообщалось, был бизнесменом и заразился короновирусом в Китае.

    Город Кум быстро стал очагом заражения. Кум — центр паломничества мусульман-шиитов. Здесь ведущие исламские священнослужители страны, сюда ежегодно прибывают около 20 миллионов иранцев и еще и 2,5 миллиона иностранцев.

    Каждую неделю тысячи паломников прибывают в город, они целуют и прикасаются к многочисленным святыням.

    Вирус быстро распространялся, число случаев заболевания начало расти. Но вместо того, чтобы быстро изолировать город, соратники верховного аятоллы — например, священнослужитель Мохаммад Саеди — выступали за то, чтобы паломники продолжали посещать город.

    «Мы считаем этот святой город местом исцеления. Это значит, что люди должны прибывать сюда, чтобы исцелить как духовные, так и физические болезни», — говорил он.

    Региональный директор Всемирной организации здравоохранения по чрезвычайным ситуациям Ричард Бреннан, недавно вернувшийся из Кума, сказал: «Из-за особой религиозной специфики Кума, когда паломники прибывают и из Ирана, и из-за рубежа, вирус быстро распространился по всей стране».

    Бреннан также заявлял, что во время своего визита видел «подлинные усилия», направленные на то, чтобы обеспечить работу медиков в лабораториях и больницах в Куме и Тегеране.

    Священные места в Куме сейчас уже закрыты.

    Правительство преуменьшило масштабы вспышки?

    В феврале состоялись два важных для страны события — 41-я годовщина Исламской революции и выборы в парламент.

    «Первые дни, когда я и мои коллеги зарегистрировали аномальное респираторное заболевание, были за несколько дней до дня победы Исламской революции 11 февраля», — вспоминает высокопоставленный врач. По его словам, он отправлял многочисленные отчеты из своей больницы чиновникам министерства здравоохранения в Тегеране, предупреждая о вспышке.

    «Мы считаем, что представители системы здравоохранения решили скрыть тот факт, что коронавирус пришел в Иран. Чтобы не срывать государственные мероприятия», — говорит он.

    И годовщина революции, и выборы рассматривались как проверка популярности правительства после шести месяцев хаоса, пережитого иранцами.

    Речь идет о масштабных протестах в ноябре, которые начались после повышения цен на топливо, а также об обострении отношений с США. Оно произошло после того, как Иран атаковал базу в Ираке, где размещались американские военные, после гибели главы спецподразделения Корпуса стражей исламской революции Ирана Касема Сулеймани.

    Крушение украинского самолета, которое привело к гибели 176 человек, также подорвало общественное доверие к власти, ведь официальные лица поначалу отрицали, что лайнер был сбит ракетой.

    После выборов Хаменеи обвинил «врагов» Ирана в том, что они преувеличивали угрозу коронавируса, чтобы удержать избирателей подальше от избирательных участков.

    «Пропаганда началась несколько месяцев назад, и в последние два дня их СМИ использовали любую возможность, чтобы отговорить людей голосовать под предлогом болезни и вируса», — заявил Хаменеи.

    Недавно министр здравоохранения Ирана Саид Намаки отверг упреки в задержке сообщений о коронавирусе. Государственное телевидение сообщило: «О первых случаях заражения было объявлено сразу же [19 февраля], хотя выборы должны были состояться в пятницу [21 февраля]».

    Спустя пять дней после выборов число официально подтвержденных случаев выросло до 139, летальных исходов — до 19. В тот же день депутат от Кума Ахмад Амирабади Фарахани на заседании парламента объявил, что в его городе за две недели умерли 50 человек.

    Замминистра здравоохранения Ирана Ирадж Хариричи отрицал сказанное депутатом и обещал подать в отставку, если количество умерших достигнет хотя бы половины этого числа.

    В тот же день Хариричи начал потеть и кашлять во время пресс-конференции. Позже он объявил, что тест на коронавирус дал положительный результат, став первым из многих высокопоставленных иранских политиков, которые заразились.

    Как сообщается, Хариричи выздоровел, он появился в прямом телеэфире 13 марта.

    Многие эксперты и журналисты полагают, что официальные данные о вспышке коронавируса в Иране — значительная и опасная недооценка истинных масштабов кризиса.

    Расследование, проведенное Персидской службой Би-би-си, показало, что в Иране от коронавируса умерли в шесть раз больше человек, чем на тот момент сообщало министерство здравоохранения страны.

    Но поскольку даже официальные данные продолжают расти, вопрос для иранцев сейчас заключается в том, как остановить вирус.

    Жизнь взаперти

    Отец Алирезы скончался в середине марта.

    «Ни один человек из нашей семьи не был на похоронах. Я даже не увидела его тела. Они просто сказали нам, что он умер и уже похоронен в особой зоне главного тегеранского кладбища», — вспоминает она. В целях безопасности имя Алирезы было изменено.

    Власти сказали семье, что не надо собираться на похороны и что можно будет посетить могилу после погребения. А на кладбище сотрудники ей сказали, что находиться там небезопасно, поскольку хоронят много других тел.

    «Об этих похоронах мы говорим больше, чем о смерти отца», — говорит Алиреза. «Я не религиозна, — добавляет он. — Но у меня осталось странное чувство, как будто мы не проявили уважения к отцу».

    Все похороны с участием большого числа людей в Иране сейчас запрещены.

    Несколько аятолл, включая верховного, издали фетвы против традиционного обмывание покойных. Цель — оградить от коронавируса тех, кто обмывает тела перед похоронами.

    ВОЗ призывает к срочным и решительным действиям, но реакция Ирана по-прежнему не соответствует мерам, осуществляемым в таких странах, как Китай или Италия.

    Школы, университеты и семинарии закрыты, футбольные матчи отменены, а в Тегеране началась широкомасштабная операция по дезинфекции. Всем жителям Ирана предписано оставаться дома.

    Впервые с момента создания Исламской республики в 1979 году отменены пятничные молитвы.

    Пытаясь предотвратить распространение болезни в переполненных тюрьмах, 155 тысяч заключенных были временно освобождены. В том числе политзаключенные — например, Назанин Загари-Рэтклифф, британка иранского происхождения, сотрудница благотворительной организации.

    Большинство правительственных зданий, офисов и банков остаются открытыми.

    Даже для иранцев, относящихся к среднему классу, например, для учителя-пенсионера Фатемы и ее мужа (имена изменены), проблемой остается привязка к наличным деньгам, без которых нельзя приобрести ни продукты, ни топливо.

    «Мы вынуждены ходить в банк, чтобы получать ежемесячную пенсию. И к Новрузу тоже ожидается выплата — надо будет получить ее на руки», — говорит она.

    Специалисты-медики и в Иране, и за его пределами говорят, что если правительство не сделает информацию прозрачной и не предпримет меры для карантина целых городов, таких как Кум, вирус продолжит наносить вред всей стране.

    Президент Рухани неоднократно заявлял, что правительство не будет закрывать города, что все магазины будут работать, а жизнь будет идти своим чередом.

    Персидский Новый год — главный праздник для иранцев. Аятолла Хаменеи в своей речи говорил о невероятных жертвах, которые принес народ, борясь со вспышкой коронавируса.

    Для Фатемы еще никогда не было менее подходящего момента для праздника.

    «За всю свою жизнь я даже не помню такого Новруза, чтобы оставаться дома в одиночестве. Даже во время войны, когда Саддам [Хусейн] начал обстреливать города ракетами, мы навещали друг друга во время Новруза», — вспоминает она.

    Ссылка на основную публикацию
    Статьи c упоминанием слов:

    Adblock
    detector